Никола Порпора (1686–1768), Ария Ациса «Alto Giove» из оперы «Полифем» Alexander Ts

Эта прекрасная ария из оперы Николо Порпоры «Полифем» стала широко известной с того момента, когда на экраны вышел фильм Жерара Корбьё «Фаринелли-кастрат» (1994 год). С тех пор её спели и записали многие сопрано и контртенора, и сама опера «Полифем» после чуть ли не трёхсотлетнего забвения была, наконец, поставлена на сцене. Эта ария относится к произведениям высшего исполнительского мастерства (ария cantabile, ария amoroso), доступна лишь очень опытным певцам. Певица исполняет ее легко, не придавая трудностям особого значения. Но за этой легкостью кроется огромный труд! Первый звук мелодии словно рождается на наших глазах из тишины, так, чтобы мы могли оценить красоту драгоценного голоса без всяких помех. Это короткий момент вокального гипноза, после которого мы уже добровольно отдаёмся музыке, раскрывающей перед нами всё новые и новые перспективы красоты с бесконечно-свободным полётом мелодии. В среднем, контрастном разделе Ацис возвращается мыслью к любимой Галатее («Но то, что мне дана любовь…»). Эта ария демонстрирует одно из чудес бельканто — умение вести мелодическую линию как будто на одном смычке с непринуждённостью парящей в воздухе птицы. Партию Ациса Никола Порпора специально написал для своего ученика — знаменитого кастрата Фаринелли. Либретто оперы «Полифем» сплетает два мифа: о циклопе Полифеме, Ацисе (Акиде) и нереиде Галатее из Метаморфоз Овидия и отрывки Одиссеи Гомера. На остров циклопов приплывают нифмы и нереиды, среди них Калипсо и Галатея, а также пристаёт корабль Одиссея. Циклоп Полифем сразу возжелал Галатею, как только увидел её, но та отвергает его ухаживания, ведь она любит юного пастуха Ациса. Полифем в яростной ревности бросает со скал камень и убивает Ациса. Галатея молит Зевса/Юпитера даровать любимому бессмертие, и тут же из скалы начинает бить источник реки Аци, богом которой становится Ацис. В своей арии он возносит свою хвалу Зевсу за дар бессмертной жизни. В это самое время Одиссей по наущению Калипсо поит Полифема и ослепляет его. Все счастливы, кроме слепого одинокого циклопа, обращающего Посейдону свою жалобу о такой несправедливой доле. Alto Giove, è tua grazia, è tuo vanto il gran dono di vita immortale che il tuo cenno sovrano mi fa. Ma il rendermi poi quella già sospirata tanto diva amorosa e bella è un dono senza uguale, come la tua beltà. Всевышний Зевс, великий дар бессмертной жизни, что даровал ты мне указом своим высшим — то признак милости твоей и славы. Вернуть же мне мою любимую, эту прекраснейшую богиню, по которой я столько вздыхал — то дар несравненный, как твоё совершенство